Итак, моя радость, я еду к Вам. Я
сосредоточен. Я начал делать зарядку, пробежку и готовку. Собираюсь в поездку.
Сейчас как раз упаковываю душу, потом соберу Вашу любимую фигуру. А
распаковывать мы будем вместе. Вы позволите присутствовать, чтоб видеть вашу
радость?
Эта поездка занимает все мое
воображение. Я уже думаю только о Вас и о том, что еще мог забыть, чтоб во
время первого страстного поцелуя не вскрикивать: «О Боже, где мой паспорт?
Минуточку, где деньги?..» Все будет при мне. Я действую по списку, и, если
вдруг забуду список, у меня есть второй, где первым пунктом – войти и крикнуть:
«Любимая, скорей ко мне! Я тут. Я вот». И первый поцелуй в пальто. Вы любите в
пальто и сапогах? Я обожаю. Это развивает воображение и дает волю рукам.
Вы будете разматывать мое кашне
до обморока. А после обморока Вас ожидает ряд сюрпризов. Во-первых, когда Вы
снимете с меня пальто, меня там не будет. Как я этого добьюсь, не спрашивайте,
я тот праздник, что едет к Вам. Как бы я хотел быть на Вашем месте в момент
этой радости от встречи со мной. Я тут кое-что смешал и добился удивительного
аромата. На Вас должно подействовать. Я специально ем протертую пищу, чтоб кожа
была гладкой, а взгляд нетерпеливым. Я расскажу, почему молчал два года, так
подробно, что это будет двухлетний рассказ. Потом и Вы мне расскажете все.
Решительно все! Во всяком случае, главное. Это по-хорошему все усложнит.
Хотите откровенно? Ну хоть
правду?.. Ну хорошо, потом... Я понимаю, Вам уже не хочется быть сильной. Вам
хочется прислониться, хочется слышать свист кнута свирепого мужчины. Я сильный.
Я командир. Я командую из-под кровати. Вперед, моя милочка! Назад, мой козлик!
Я сам мужчин не видел от рожденья. Даже среди штангистов. Даже среди боксеров.
Диета подавляет. Все эти принципы, мнения, звание кормильца, крик: «Вон из
моего дома!» Все вышиблено однообразной архитектурой и поселками городского
типа. Смешно, мой листик, на собрании аплодировать начальству, а дома говорить:
«Знаешь, почему я так поступил?..»
Я думаю, наша жизнь стала такой
интересной именно благодаря исчезновению мужчин как вида. Женщины раньше
взрослеют и дольше живут. Они расскажут, отчего это произошло. Какая прекрасная
судьба. Какое длинное письмо! А я ведь пишу не из ссылки. Просто размер
чувств-с...
Мужчины исчезают от новостей. Они
нежнеют, краснеют, приобретают невинность, пытаются в муках родить. Лозунг
«Берегите мужчин» не лишен смысла, но их нужно сначала вырастить. Эмансипация,
моя змейка, как раз и породила то огромное количество сильных представителей
слабого пола и слабых сильного, которое Вас так огорчает. Я надеюсь. Я смело
надеюсь, что эти времена прошли. Или, скажем смелее, проходят. Ибо то, что мы
приобрели, укрепив женщин, мы потеряли, ослабив мужчин. Это же он, бедненький,
шепчет по ночам: «Я не могу туда идти. Опять надо голосовать за него? Опять
надо его поддерживать? Зиночка, не пускай меня туда».
За время нашего существования мы
пришли к двум потрясающим выводам. Интеллигент – это не обязательно инженер. А
спортсмен – не обязательно мужчина. И женщины тут безошибочны.
Да, моя струйка. Как Вы меня с
трудом учили, и я до сих пор в себе это ищу: мужчина – это человеческое
достоинство, это сомнения до и твердость после решения. Это, как Вы меня учили,
независимость и самостоятельность мышления, а не желания. Мужчина – кормилец,
говорили Вы. Он – стена. Я за ним, как за камнем. Укрепление семьи, учили Вы
меня, это укрепление в мужчине чувства хозяина дома. Не в доме, как у нас любят
говорить, запутывая язык, а дома! Тогда у него есть тыл. Тыл это я. И при
нападении сзади, со стороны жэка, водопроводчика и разных мастеров, стою я. Так
учили Вы меня. И я понял.
Ибо. Ах, ибо, говорили Вы, мы с
вами, Миша, опять упираемся в экономику. Да, моя куколка, да, опять в нее.
Ибо. Ах, ибо. Творческое,
раскованное поведение в общественной приводит к счастью в личной жизни. Там
границ нет. Быть хозяином, от которого ничего не зависит, тяжело. В то же время
ловкость, смелость, удачливость, то есть самостоятельность днем очень
чувствуются в семье. Крик «Наш папа пришел!» исторически в себе содержит основу
семьи. Папой его называют все.
Вот как учили Вы меня. И все-таки
я бы не лишал вас равноправия, которое вы добыли довольно нудной вековой
борьбой. Женщина – лидер! Что-то в этом есть. Конечно, счастье с нею
невозможно, но что-то в этом есть. Видимо, где-то на полигоне, на каких-то
стрельбах это очень должно пригодиться. Но нельзя же, моя штучка, лидеру искать
защиты, жаловаться на гвозди и молоток. Приставила лестницу – залезай!
А женский день потому и стал
таким праздничным, что его активнее всех отмечают мужчины. Вот уж кто
веселится. Вот кто ликует. «И у меня возникли жуткие подозрения, –
обнимали Вы меня, – что этот праздник их. И это вы, Миша, стали
очаровательным украшением нашего стола...» Да, да, мой птенчик, такие подозрения
есть, но пропускать этот день не хочется. А укрепление семьи есть укрепление
мужчин в мужчинах. Ибо мужчина при разводе теряет очень многое и не торопится
вступать во второй брак. А в наше время второй брак и есть первый. «И не надо
отнимать у холостяков, – целовали Вы меня, – а надо добавлять
женатым».
Но хватит о деле. Видите, я стал
критичным, в духе времени, и даже в праздник сохраняю трезвый взгляд и ищу
проблему. Кажется, я стал сильным. Во всяком случае, я уже хочу Вас видеть
слабой. Вернее, я потребую этого от Вас. То есть, скорее всего, попрошу. Я
попрошу Вашего разрешения держать Вас в Ваших любимых ежовых рукавицах. Итак,
решительно. Плечом в забор. А ну-ка, брысь! Все, ну-ка, брысь отсюда! Покой
моей любимой! Вон все отсюда!.. И на расход. И на расход!
Вот он мужчина! Вот это да! И
зашатались соседи, и затих таксопарк. И шепот сзади: «Как он идет. Как он
красив. Как он заботлив»... Хотите я даже ненадолго уйду к другой, чтоб
укрепить?.. Ну, все, все, все пишу, шучу одновременно. Я выезжаю. Откуда во мне
эта сила? Пришла пора конкретных обсуждений. Решай! Иду!
Михаил Жванецкий